80 лет назад в Анапском районе, как и по всей стране, началась коллективизация сельского хозяйства.То есть единоличников-крестьян стали объединять в коллективные хозяйства (колхозы).
КОЛХОЗНОЕ - ДЕЛО ДОБРОВОЛЬНОЕ?
Был создан в 1929 году свой колхоз и в Витязеве. Назвали его именем героя гражданской войны С.М.Буденного. Хоть и говорят, что колхоз, мол, дело добровольное, но на самом деле все было не так. В колхозы загоняли силой, кто сопротивлялся, тех сажали в тюрьму или высылали.
- Отец не хотел отдавать лошадей в колхоз, надеялся, что ему не помешают вести свое, индивидуальное хозяйство, – вспоминает Лидия Федоровна Димитриади. – Но отца объявили кулаком, пару лошадей забрали, а самого посадили в тюрьму. Семья осталась без кормильца, начался голод, умерли прабабушка, бабушка и младший брат. Мать осталась одна с четырьмя детьми. Пошла батрачить, а потом вынуждена была идти в колхоз.
Отдавать лошадей в колхоз добровольно не хотели тогда многие витязевцы. И не только потому, что было жалко расставаться со своим, кровным, нажитым тяжелым трудом. Была и другая причина, о которой рассказали старожилы. На лошадей сажали ленивых, недобросовестных работников (чаще всего из числа активистов,
которые были горазды митинговать, а не работать), и они плохо ухаживали за животными. А хорошему хозяину смотреть, как его лошади попали в чужие, да еще и недобросовестные руки, было выше его сил.
Были, конечно, и хорошие ездовые. А одним из лучших, как рассказывают в селе, по праву считался Константин Антонович Стафионов. За лошадьми он смотрел лучше, чем за своими детьми. Купал их, чистил, холил, даже разговаривал с ними, как с людьми. А если им не хватало колхозного фуража, то он шел в семейный амбар и брал для своих любимцев корм оттуда. Лошади у Константина
Стафионова всегда были ухоженные и, как тогда говорили, самые справные.
Константин Антонович, как вспоминают его сыновья, обладал недюжинной физической силой. Запросто грузил на подводу 100-литровые бочки с водой. Мог поднять и взвалить на плечо каменное корыто, из которого поили скот и которое не могли сдвинуть с места несколько человек. В 60 лет одним пальцем выжимал 24-килограммовую гирю. Правда, в 80 лет она ему казалась уже тяжелой. Руки у него были большие и такие широкие, мощные запястья, что он не мог подобрать себе ремешок для часов. О честности Константина Стафионова в Витязеве ходят легенды. Он никогда ничего не брал чужого, колхозного или совхозного. А когда уже был на пенсии, его попросили посторожить картофель, за работу пообещали два мешка картошки. Константин Антонович послал одного из сыновей за мешками. Тот пришел с четырьмя. Отец возмутился: «Мне обещали два, а ты взял четыре». Сын резонно возразил: «Мол, в подвале 60 тонн картофеля, разве будет видно, сколько мы взяли». «Нет, - твердо сказал отец – два, значит, два, мне чужого не надо».
"МНЕ СВЕРХУ ВИДНО ВСЕ"
Труд в колхозе был тяжелым. Рабочий день начинался ранним утром и заканчивался поздним вечером. Особенно доставалось женщинам. Они вставали в пять часов утра и пешком шли на хлопковые плантации, которые располагались тогда на месте нынешнего аэропорта. Возвращались домой поздно. А надо еще было приготовить ужин, покормить семью, постирать. Но женщины не унывали, на работу и с работы шли с песнями. Радовались жизни, любили, рожали и воспитывали детей.
Колхоз имени Буденного был одним из передовых в крае и даже стране. Не случайно председателя колхоза Алексея Христофоровича Панули вместе с другими передовиками принимал в 1935 году в Кремле И.В. Сталин. И в том же году в Витязево из Москвы приехала киногруппа, которая сняла здесь документальный фильм «Хлопок».
Ударников и ударниц производства в колхозе имени Буденного чествовали довольно своеобразно. Их катали на самолете над селом. Садили по одному в «кукурузник», который взлетал со стадиона, делал круг над селом и колхозными полями, и снова садился. На ударниц надевали красные косынки. Нетрудно представить, что чувствовали в тот момент передовики. Конечно, их переполняла гордость за то, что их труд так был отмечен. Рассказывают, что женщины, когда самолет поднимался в воздух, вначале визжали от страха и восторга, а потом пели. Например, «Широка страна моя родная...» А мужчины с интересом смотрели вниз на село и дивились живописной красоте его окрестностей.
ВЕЖЛИВЫЙ БРИГАДИР
В числе ударниц была и Феодора Асланиди. Ее тоже катали на самолете над селом в красной косынке. А муж ее Христофор Асланиди был бригадиром в колхозе. В селе говорят, что он был, пожалуй, самым вежливым и интеллигентным бригадиром за всю историю колхоза и совхоза. Рабочие не помнят, чтобы он когда-нибудь повысил на них голос. А уж выругаться матом, как это делали и делают по привычке многие руководители - да никогда! Если его все-таки «доставали», или он был недоволен работой не очень добросовестных колхозников, то говорил: «Когда я поднимаю вверх руку, это значит, что я ругаюсь».
И еще Христофор Ставрович мечтал, чтобы каждый колхозник ездил на работу на велосипеде или же их возили бы на поля и плантации на автотранспорте. Ему не суждено было дожить до этих дней.
В.Мальцев
| < Предыдущая | Следующая > |
|---|
